Ребята кто-нибудь двигал восьмерку на место семерки??? | Дневник пользователя Lyubov | Брекет.Info

Виды постоянных зубных протезов

Они бывают съемными и несъемными.

Временные зубные протезы

Процесс протезирования (изготовление, примерка, подгонка ортопедической конструкции) длится несколько недель. На это время стоматологи рекомендуют ставить временные протезы, которые:

  • обеспечивают пациенту нормальную эстетику;
  • выполняют в полном объеме жевательную функцию;
  • предотвращают смещения зубов и травмирование десен;
  • не дают развиться дефектам дикции.

Временные зубные протезы

Временные зубные протезы ставят в первые сутки после процедуры по показаниям:

  • после удаления передних зубов;
  • нескольких зубов;
  • всех зубов;
  • симметричных концевых дефектах;
  • детям.

Без перечисленных показаний временные конструкции устанавливают в течение 2 недель.

Временные зубные протезы делают из стоматологической пластмассы и композита – пластмассы с добавлением керамики. Преимущества конструкций из композита:

  • внешне практически не отличаются от естественных зубов;
  • прочные – выдерживают большие жевательные нагрузки;
  • простые в уходе – их гладкие поверхности не впитывают красящие пищевые пигменты.

При установке любых временных зубных протезов необходимо не превышать срок ношения, исключить избыточные жевательные нагрузки, избегать травм.

После полного заживления тканей (в течение 3 месяцев), как правило, ставят постоянные зубные протезы.

Зубы мудрости: тянем-потянем!

Зубы — единственная видимая часть человеческого скелета, что делает их крайне ценными для опознания. Они также помогают устанавливать возраст владельца. Очень интересно проследить, как меняется лицо ребёнка по мере взросления. В основном рост происходит из-за необходимости вмещать всё большее количество зубов. Зубы растут относительно безболезненно, и этот процесс занимает продолжительное время, но его можно заметить на фотографиях детей, если снимать их раз в год с самых ранних лет.

К двум годам на смену пухлому детскому личику приходит более узнаваемое: ребёнок превращается в миниатюрную версию человека, которым станет в дальнейшем. Двадцать молочных зубов уже сформировались и прорезались, поэтому лицо должно быть достаточно зрелым, чтобы вместить их все. К 6 годам лицо меняется снова, на этот раз в результате прорезывания первого постоянного моляра в задней части каждого квадранта рта. Теперь у ребёнка 26 видимых зубов, а в челюстях продолжается процесс роста, не видимый глазу.

***

Потом наступает ужасная фаза между 6 и 8 годами, когда «Зубная фея» уносит молочные зубы, а постоянные ещё только прорезываются, и рот ребёнка выглядит как разорённое кладбище, на котором под разными углами и с разными расстояниями торчат могильные камни.

Дальше лицо преображается ещё раз, когда в возрасте около 12 лет прорезывается второй моляр, и к 15 годам челюсти приобретают практически окончательную взрослую форму.

Последние зубы вызывают больше всего проблем, особенно при узкой челюсти. Зубы мудрости, названные так потому, что появляются во взрослом возрасте, когда мы вроде как должны стать достаточно мудрыми, протискиваются на свет через преграду из других 28 зубов, уже вставших на свои места. Иногда зубы мудрости не формируются вообще, иногда формируются, но не прорезаются, а иногда вылезают под самыми невероятными углами, расталкивая, как мальчишки-хулиганы, всех остальных. Они могут появиться или не появиться, но если они есть, то для судебного антрополога это указание на зрелый возраст человека.

Молочные зубы прорезываются и выпадают в возрасте от 6 месяцев до 10 лет. Постоянные начинают выталкивать молочные наружу лет в 6–7, и прорезываются все примерно к 15 годам. Эти четко определённые стадии развития делают зубы важным подспорьем при установлении возраста у детских останков.

Знание о том, что зубы растут в относительно предсказуемые сроки, было использовано при принятии в 1833 году законодательного акта, направленного на улучшение условий труда рабочих, особенно на ткацких фабриках. По этому акту запрещалось нанимать на предприятия детей в возрасте до 9 лет. Однако об их возрасте приходилось только догадываться, порой даже сами дети его не знали, потому что до 1837 года в Великобритании факт рождения никак не регистрировался, да и в дальнейшем ещё сорок лет регистрация не являлась обязательной. Поэтому возраст и, соответственно, годность или негодность к работе устанавливались по зубам.

Также признавалось, что ребенок до 7 лет не подлежит уголовной ответственности за преступление, так как не является дееспособным. Для установления возраста использовался такой критерий, как прорезывание первого постоянного моляра. Если он не прорезался, считалось, что ребенку нет 7 лет, и он, соответственно, не может нести ответственность за совершенное правонарушение.

***

Судебные стоматологи, или одонтологи, специализирующиеся на структуре и болезнях зубов, до сих пор помогают правоохранительным органам в установлении возраста детей.

Иногда несовершеннолетний, выступающий в суде в качестве жертвы либо правонарушителя, не имеет документального подтверждения своего возраста: во многих странах мира свидетельств о рождении не выдают, а у мигрантов и беженцев их зачастую не оказывается на руках. Когда дети попадают в рабство, у них отбирают все документы, чтобы сделать зависимыми от «хозяев». Для установления их возраста проще заглянуть в рот и оценить состояние зубов, чем делать рентген, хотя в наше время существуют и другие методы, в том числе с использованием неионизированной радиации, например магнитно-резонансное сканирование.

Зубы помогают криминологам решить, родился младенец мёртвым или живым, либо сколько он прожил после родов. Роды — весьма травматический процесс, и не только для матери, но и для ребёнка. Он прерывает внутриутробное развитие зубов, отчего возникает «неонатальная линия», видимая под микроскопом: полоска на эмали и дентине зубов, уже сформировавшихся в челюстях к рождению, которая появляется в результате физиологических изменений, спровоцированных родами. Поскольку она возникает только на зубах, продолжающих активно развиваться в момент рождения, по ней можно различить пренатальную и постнатальную зоны на эмали. Она же позволяет приблизительно оценить, сколько времени прожил младенец: для этого требуется измерить, сколько постнатальной эмали сформировалось после возникновения неонатальной линии. В криминологии наличие неонатальной линии считается указанием на то, что ребёнок родился живым. Если она отсутствует, то он либо был мертворождённым, либо умер непосредственно после родов.

***

Со временем наши зубы меняют цвет и приобретают разные оттенки в результате контакта с определёнными веществами, которые зачастую можно идентифицировать.

Дети, получавшие антибиотики, например пенициллин, чаще подвержены возникновению коричневых пятен на зубах. Считается, что они могут также появляться, если мать принимала антибиотики во время беременности.

Избыток фтора приводит к возникновению белых участков, вызванных флюорозом — гипоминерализацией эмали. У взрослых зубы могут темнеть из-за несоблюдения правил гигиены и избыточного употребления кофе, красного вина или табака. Красно-чёрный оттенок зубы приобретают в результате жевания орехов бетеля; эта традиция широко распространена в Азиатских странах, и охватывает более 600 миллионов человек. По статистике, орехи бетеля — четвёртое по распространенности психоактивное вещество после табака, алкоголя и кофеиновых напитков.

Современная стоматология борется с подобными проявлениями, стремясь достичь идеальной улыбки из Instagram с ровным рядом белоснежных зубов (или виниров). Это не очень помогает в криминологии, опирающейся на изменения, естественным образом происходящие с нашими зубами, а также вызванные стоматологическими вмешательствами или протезированием.

После цунами в Азии в 2004 году судебным одонтологам удалось опознать множество погибших на основании следов отбеливаний, пломб, корневых каналов и зубных протезов. Чем чаще мы лечим зубы, тем легче нас по ним опознать, если, конечно, наша зубная карта сохранилась. С другой стороны, чем больше мы прибегаем к косметическим вмешательствам, например выравниваем зубы с помощью брекетов, тем менее узнаваемой и индивидуальной становится наша улыбка.

Забавно, что при жизни мы боремся с разрушением зубов, провоцируемым пищей и питьем, а после смерти наши зубы оказываются на удивление крепкими. Они могут выдержать взрывы и пожары, потому что защищены от них ротовой полостью, и при определённых обстоятельствах сохраняются даже дольше, чем кости. В результате, а также потому, что люди сразу узнают зуб, стоит им его увидеть, антропологам зачастую приходится иметь дело с одиночными зубами.

***

Узнать зуб — одно дело, а вот установить, кому он принадлежал и человеческий ли он — совсем другое, тут требуется чёткое представление о различиях между зубами людей и наиболее распространённых животных.

Зубы овец, свиней, коров и лошадей оказываются у нас на столах гораздо чаще, чем человеческие. Если зуб и правда человеческий, то какой из 20, имеющихся у ребёнка, или из 32 — у взрослого человека? Верхний или нижний? Левый или правый?

Зубы могут многое поведать о жизни животного или человека, которому принадлежали, как с филогенетической (или эволюционной), так и с онтогенетической (индивидуальной) точки зрения. Наши зубы соответствуют нашему питанию: клыки необходимы хищникам, а для травоядных являются излишеством. И у тех, и у других есть резцы и моляры, коренные зубы, но эти моляры — разных типов. У хищников они карнассальные, или режущие, предназначенные для того, чтобы разрывать куски мяса, а у травоядных — жевательные. Поскольку человек питается и мясом, и растениями, он обладает резцами, чтобы захватывать пищу, клыками, чтобы кусать, и молярами, чтобы жевать.

Иногда зубы, попадающие к учёным, действительно человеческие, но из исторических захоронений. Отсутствие следов современного лечения является здесь важным временным индикатором, как и степень износа, не соответствующая нынешним принципам питания. Высокая степень поражения кариесом и соответствующие разрушения указывают на современную диету с обилием сахара, в то время как моляры из археологических останков часто бывают изношены до дентина и даже сильнее из-за усиленного жевания, характерного для древних времён.

***

Третий, искусственный, набор зубов зачастую оказывается самым интригующим: достаточно посмотреть, какие любопытные примеры попадаются в исторических останках и какую степень изобретательности первых стоматологов они демонстрируют.

Когда в 1991 году я работала в Лондоне в составе команды, эксгумировавшей крипту Святого Варнаввы в Западном Кенсингтоне, мы вскрыли могилы трёх состоятельных дам, по зубам которых можно было судить о проблемах, с которыми их хозяйки при жизни столкнулись, и о попытках тогдашних дантистов эти проблемы решить.

Сара Фрэнсис Максфилд, жена капитана Уильяма Максфилда, участника военной кампании в Восточной Индии, назначенного в 1832 году членом парламента от округа Гримзби на южном берегу устья реки Хамберт в Линкольншире, была похоронена в крипте в 1842 году. Её опустили в землю рядом с мужем, скончавшимся на пять лет раньше. Всё остальное, что мы узнали о Саре, мы почерпнули из останков скелета и зубов, сохранившихся внутри свинцового гроба. Она определённо была достаточно обеспеченной, чтобы позволить себе не просто тройной гроб (из дерева и свинца, типичный для богачей той эпохи) после смерти, но и дорогие зубные протезы при жизни.

***

Когда мы эксгумировали Сару, наши глаза сразу привлёк блеск золота, который ни с чем не спутаешь.

При осмотре мы выяснили, что её правый верхний центральный резец был опилен, затем, вероятно, его прижгли кислотой, после чего сверху зафиксировали мост из цельного золота. Поскольку золото не тускнеет, он так и сверкал на фоне коричневатой лужи разложившихся мягких тканей внутри гроба спустя почти 150 лет после захоронения. Мост, оставшийся на своём месте в ротовой полости, шёл к правому верхнему первому моляру, на котором крепился с помощью кольца, тоже золотого.

К несчастью, этот зуб был заметно разрушен, а кость истончена из-за хронического нагноения, продолжавшегося до момента смерти. Моляр держался исключительно на зубном мосте. Трудно даже представить, какую боль она испытывала, когда пыталась жевать, и какой запах шел у неё изо рта.

Гарриет Гудрик, которой было 64 года, когда она умерла в 1832, также лежала в дорогом тройном гробу, но на свои зубные протезы она потратилась меньше. Гарриет носила вставную верхнюю челюсть, которая на момент осмотра останков уже выпала у неё изо рта. Неудивительно, ведь ей не на чем было держаться. Когда для Гарриет делали эту челюсть, в верхнем ряду у неё ещё оставался единственный зуб, потому что на протезе имелось отверстие с правой стороны, соответствующее положению первого моляра: наверняка протез делался с учётом наличия этого последнего зуба.

Однако затем Гарриет лишилась и его, поэтому вставной челюсти не на чем было держаться. Соответственно, она уже не могла служить по назначению; очевидно, вставив её, человек, готовивший тело к захоронению, проявил своё уважение к покойной.

***

Он позаботился о том, чтобы и в смерти она сохранила достоинство и, вероятно, гордость за свою внешность.

Надо, однако, сказать, что тот протез выглядел не особенно убедительным. Он состоял не из отдельных искусственных зубов, а из цельного куска кости (сейчас уже нельзя с точностью установить, какому животному она принадлежала; скорее всего, это была слоновая кость, но в XIX веке использовали также клыки гиппопотама и моржа), зубы на котором приблизительно обозначались вертикальными линиями, так что сходство с настоящими было очень отдалённым. Подобные протезы, довольно типичные для того времени, часто изготавливались часовщиками, а не дантистами или врачами, и их анатомическое соответствие оставляло желать лучшего. Пролежав в гробу более 150 лет, эта вставная челюсть приобрела коричневатый оттенок от контакта с едкой жидкостью, в которой находилась (смесью продуктов разложения мягких тканей и внутренних деревянных стенок гроба, образующих слабую гуминовую кислоту). Так что, когда мы открыли гроб, то увидели Гарриет с коричневыми зубами, что ей самой, я уверена, очень бы не понравилось.

«Роллс-Ройс» среди зубных протезов принадлежал последней из этой троицы, Ханне Лентен. Ханна, которой было 49, когда она умерла в 1838 году, явно обладала крупным состоянием. Она лежала в богато украшенном свинцовом гробу, а во рту у неё находился роскошный и очень изобретательно выполненный протез.

***

Поскольку такие вставные челюсти, как у Гарриет, сделанные из кости, мало походили на настоящие, люди, для которых цена не имела значения, покупали себе реальные человеческие зубы.

Дантисты давали в газетах объявления о покупке человеческих зубов. Иногда их поставляли расхитители могил, активно действовавшие в те времена. Иногда зубы вырывали у мёртвых солдат (желательно молодых), погибших на поле боя. После Наполеоновских войн их стали называть «зубами Ватерлоо». Человеческие зубы могли крепиться на протезе из слоновой кости, но «зубы Ватерлоо» у Ханны были привинчены к искусственной челюсти из чистого золота — немыслимая роскошь для викторианской эпохи. Если вспомнить, что в начале XIX века даже протез из слоновой кости с человеческими зубами стоил дороже ста фунтов стерлингов (около 12 000 на современные деньги), остаётся лишь поразиться тому, сколько она потратила на свой.

Подобными экстравагантными творениями занимался в основном Клаудиус Эш, ювелир, переключившийся на изготовление дорогостоящих зубных протезов для богатейших слоев общества. Он стал ведущим мастером вставных зубов в Британии, а к середине XIX века главенствовал и на общеевропейском рынке дорогого и современного зубного протезирования.

Поскольку моляры в задней части челюсти имеют несколько корней и их тяжелее удалять, чем передние зубы с одним корнем, их чаще оставляли на месте. Из эстетических соображений мастера старались, чтобы передние зубы выглядели как можно лучше, а вот насчёт задних клиенты особенно не беспокоились, поэтому если и замещали их, то коронками из слоновой кости или бивней других животных.

Однако у Ханны Лентен было удалено шесть моляров, и она являлась счастливой обладательницей и верхней, и нижней вставной челюсти. Чтобы они держались на месте и не могли случайно выпасть, поставив хозяйку в неловкое положение, верхняя челюсть крепилась к нижней парой золотых пружин, зафиксированных золотыми же винтами, поэтому, когда Ханна открывала рот, верхняя челюсть автоматически поднималась, прижатая к нёбу. Всего на её протезах имелось шесть передних однокоренных «зубов Ватерлоо», зафиксированных золотыми креплениями на верхней челюсти из литого золота. Шесть заместительных моляров (по три с каждой стороны) были сделаны из слоновой кости и зафиксированы также на золотых винтах. Протез нижней челюсти, хоть и неполный, сделанный из слоновой кости, нёс ещё шесть настоящих человеческих зубов, естественно, не её собственных.

***

Примечательно, что даже во времена, когда разрушение зубов нельзя было ни вылечить, ни предотвратить, и потому зубы выпадали гораздо чаще, люди всё равно беспокоились о том, как будут выглядеть без них.

Причём настолько, что такие вот обеспеченные дамы мирились и с финансовыми потерями, и с физическим дискомфортом, лишь бы сохранить свою очаровательную улыбку.

Сара, Гарриет и Ханна, пролежавшие с их драгоценными протезами во рту 1,5 столетия после смерти, «покинули» могилы под церковью Святого Варнаввы, чтобы её можно было отреставрировать и починить. Их останки были кремированы, а прах развеян на освящённой земле, но зубные протезы сохранились, как произведения стоматологического искусства прошлых эпох.

Патологоанатом и судебный антрополог Сью Блэк изучает человеческие останки в юридических и научных целях. По костям и зубам она может не только узнать пол, расу и возраст человека, но и восстановить историю его жизни. В книге «Записано на костях. Тайны, оставшиеся после нас» автор позволяет заглянуть в рабочие будни судмедэкспертов и пишет о настоящих детективных расследованиях.

Несъемное протезирование зубов

Несъемное протезирование предусматривает постоянную фиксацию ортопедических конструкций в полости рта. Виды несъемных протезов:

  • Коронки.
  • Мостовидные протезы. При отсутствии 1–2 зубов подряд.
  • Вкладки. Для восстановления естественной формы зубов с большими полостями.
  • Накладки (виниры и люминиры). При косметических дефектах на линии улыбки.

Несъемные конструкции изготавливают из:

  • металла – экономичные, функциональные и неэстетичные;
  • металлокерамики – красивые и долговечные, сравнительно недорогие, требуют существенного обтачивания опорных зубов;
  • безметалловой керамики Е-MAX и диоксида циркония – прочные, легкие, внешне неотличимы от здоровых зубов, гипоаллергенны, требуют минимального обтачивания опорных зубов.

Несъемный протез из керамики

Протезирование на имплантатах

Имплантация зубов – единственная методика дентального протезирования, при которой костная ткань не источается, а челюстно-лицевая система не деформируется. Представляет собой операцию по замене зубного корня на циркониевый или титановый. Искусственный корень (имплантат) выглядит как небольшой шуруп. Метод состоит из установки имплантата в кость десны и крепления к нему искусственной коронки.

Имплантат

Дополнительно на имплантат устанавливают опору для коронки – абатмент. Перед имплантацией может потребоваться остеопластика – наращивание кости. Поэтому время, когда стоит ставить имплантат после того, как удалили зуб, определяют индивидуально. Цель процедуры – повысить надежность фиксации конструкции.

Различают одноэтапную и двухэтапную методики имплантации зубов. При одноэтапной всю конструкцию устанавливают за одно посещение. При двухэтапной (классической) сначала ставят имплантат и только после его полного приживления – съемный либо несъемный зубной протез.

Визуально имплантаты не отличаются от природных зубов и в полном объеме восстанавливают жевательные функции. Имплантация зубов позволяет:

  • восстанавливать утраченные зубы без препарирования и обтачивания соседних;
  • создавать дополнительные точки опоры для установки и фиксации съемных протезов.

При качественном лечении и соблюдении пациентом всех врачебных рекомендаций срок эксплуатация зубных имплантатов – пожизненный.

Какой вид протезирования зубов лучше выбрать врач с пациентом согласованно решают в индивидуальном порядке.

Ребята кто-нибудь двигал восьмерку на место семерки??? | дневник пользователя lyubov | брекет.info

Двигали, подвинуть реально, если у врача есть такой опыт и руки растут откуда нужно, но на это нужно время — в среднем зубы двигаются со скоростью 1 мм в месяц.
Но, как уже заметили, Вам придётся удалить верхнюю 8-ку скорее всего, т.к. она будет без антагониста. Иногда это требует удаления и второй пары 8-ок, так как может уехать центр при одностороннем удалении. Но тут нужно, чтоб Ваш врач конкретно Ваш случай разобрал. Возможно, верхнюю 8-ку и не придётся удалять, если она хоть чуть-чуть в прикусе будет — это не даст ей опуститься.

Съемное протезирование зубов

Съемное протезирование показано при отсутствии большого количества и полном отсутствии зубов. Съемные протезы изготавливают:

  • из пластмассы – наиболее бюджетные, тяжелые, иногда вызывают аллергию и дефекты дикции;
  • нейлона – легкие, удобные, с хорошей эстетикой;
  • металла и акрила (условно съемные).

Съемный протез из нейлона

При съемном протезировании зубов конструкции фиксируют в полости рта:

  • кламмерами (дугами), которые могут быть видны при улыбке, разговоре, во время еды;
  • атачментами (микрозамками), требующими установки коронок на опорные зубы;
  • телескопическими коронками – технологичными, невидимыми;
  • имплантатами – наиболее надежными, долговечными и дорогими.
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Adblock
detector